Нервущаяся нить

---

Я живу в Москве, здесь же и родилась в 21 веке. В Москве живут и моя тетя Ирина Беневеленская с сыновьями. А вот мама приехала в столицу учиться в юридической академии им. Кутафина из Брянской области, города Клинцы. Подрастая, я узнала, что мои, еще ...

Я живу в Москве, здесь же и родилась в 21 веке. В Москве живут и моя тетя Ирина Беневеленская с сыновьями. А вот мама приехала в столицу учиться в юридической академии им. Кутафина из Брянской области, города Клинцы. Подрастая, я узнала, что мои, еще один двоюродный брат и дядя, живут в городе Могилев, который в Беларуси.

До моего рождения, в ХХ веке наша страна Россия входила в состав большого СССР, где было еще полтора десятка разных республик. Из Москвы я никуда далеко не выезжала, в столице хватает мест, которые еще нужно посетить, только времени не всегда достает. На маминой родине, где живут бабушка с дедушкой, я тоже еще не была. Родители говорят, что «на Брянщине небезопасно, там стреляют».
Мне стало интересно, как жила раньше там мама, и попросила ее рассказать о своей жизни, кем были ее предки. И вот какую увлекательную и удивительную историю о своей семье, о ее связи с Белоруссией я узнала.
Все наши родственники по женской линии – Краснев-ские, Гавриленко, Хадасевичи, кроме одного деда, уехавшего на Урал, жили всегда в Беларуси, они все белорусы.
С мужской линией немного сложнее – предки, Мицкевичи проживали в городе Вильна (ныне столица Литвы), тогда это была территория Российской Империи. Где-то в районе Дисны даже фольварк (хутор) у них был, а прапрапрадед был губернатором Вилейки. Квартировали они и в Санкт-Петербурге, мои прапрабабушки воспитывались в Смольном институте благородных девиц. В начале ХХ века одни из Мицкевичей остались в Петрограде, Людмила Игнатьевна закончила Ленинградский химико-биологический институт, пережила блокаду, после освобождения была направлена в Минск, где и дожила до 100-летнего возраста. Другие Мицкевичи-Рожковские переехали в Черниговскую губернию (на территорию ныне Брянской области). Они себя считают русскими.

Агата Лукичева.

Продолжение читайте в газете «Труд».