Без матери нет ни поэта, ни героя

---

Ранним утром 10 января 2000 года группа солдат передвигалась по Старому поселку Грозного. Все юные, девятнадцатилетние. Среди них один выделялся своим двухметровым ростом. Неожиданно этот высокий красавец припал на колени, все остановились. Шедший ...

Ранним утром 10 января 2000 года группа солдат передвигалась по Старому поселку Грозного. Все юные, девятнадцатилетние. Среди них один выделялся своим двухметровым ростом.

Неожиданно этот высокий красавец припал на колени, все остановились. Шедший рядом Павел спросил: «Что случилось?». «Мама!», – крикнул упавший, и товарищи увидели, как налилась багровым цветом его шапка. Пуля снайпера вошла в ухо. Раннего бойца доставили в госпиталь, но там ему помочь уже ничем не смогли.
А в это время в Клинцах вся в поту после приснившегося кошмара проснулась Нина Николаевна. «Что-то случилось с моим Андрюшей!», – подумалось ей.
Перед работой Нина Качуро зашла в церковь поставить свечку за здравие своего единственного сына. Последние полгода в храм она ходила практически каждую неделю и всегда покидала его полная надежд. В этот раз тревога поселилась в ее сердце, руки не слушались, а слезы, не переставая, катились из глаз. Одна из прихожанок обратила внимание на нее: «Что вы так убиваетесь? Случилось что-то?». «Нет, просто сын служит в Чечне», – ответила Нина. «Жив ваш сыночек, а по живым не плачут. Успокойтесь», – попыталась утешить ее женщина. «И вправду, почему я плачу, ведь все хорошо. И письмо недавно получила», – подумала Нина.
Наступило Крещение Господне. Нина пошла с подругой за крещенской водой. Набрала воды, а вот в храм не зашла. Она и сама не могла понять, почему не может этого сделать. Ведь раньше так легко было после того, как помолишься, поставишь свечку. Тревога не покидала ее сердце, она засела в нем как заноза и мешала дышать.
Пришло очередное письмо от Андрея. Нина перечитала его несколько раз. Ее сыночек снова заговорил с ней. «Все хорошо», – гнала она от себя плохие мысли. В выходные пришла невеста Андрея, Ольга. Девушка часто навещала Нину Николаевну, они вместе читали Андрюшины письма, пересматривали фотоальбом, пили чай. И всегда Ольга была веселая, улыбчивая. В этот раз девушка присела на краешек стула и спросила, как давно Нина Николаевна получала письмо. Нина принесла пришедшее накануне письмо и стала зачитывать его вслух. Оля смотрела на нее и не могла сказать самого страшного: вечером на дискотеке говорили, что Андрей погиб.
В понедельник, 24 января, Нина в детском саду, где работала, рассказала своим коллегам о том, что получила письмо от сына. Их разговор прервал телефонный звонок. Нина уверенно сказала: «Это меня». Но женщина, поднявшая трубку, крикнула: «Нина Ивановна, к телефону!». Коллега и тезка Нины Николаевны пошла к телефону. Тем временем женщина стала убрать посуду, но сердце так сильно защемило, что она, отставив в сторону тарелки, рванулась к телефону. В коридоре столкнулась со своей тезкой, резко схватила ее за халат и крикнула: «Что с Андреем?!» Нина Ивановна ничего не могла ответить, но ее взгляд был красноречивее любых слов. Нина Качуро разжала руку, и на пол посыпались оторванные пуговицы. Сквозь туман она услышала, что звонили из военкомата, там перепутали ее отчество и сообщили, что гроб с телом ее сына привезут завтра.
На небольшом хуторе Овсеенков, в четырех километрах от Мартьяновки, хоронили девятнадцатилетнего парня. Хоронили рядом с дедом Николаем Игнатьевичем, который прошел Великую Отечественную войну, имел много наград, воспитал пятерых детей, но ранения напомнили о себе, и он рано ушел из жизни. А через несколько лет рядом с ними положат брата Нины – Владимира, во время армейской службы познавшего жаркое солнце Афганистана. Она вспомнила, как Владимир утешал ее после вести о том, что племянника отправили служить в Чечню: «Не волнуйся, Андрей отлично стреляет. К тому же и отец наш с войны вернулся, и я из Афгана».
И вправду, ее сыночек много времени проводил в тире, редко кто мог с ним соревноваться в стрельбе. С 10 лет он с дядьями и отцом ходил на охоту. Ростом пошел в деда, почти два метра. Возможно, по этой причине он увлекался баскетболом и хотел связать свою жизнь со спортом. После школы поступал в спортивный вуз, сдал все нормативы на отлично, а вот в изложении допустил ошибки. Члены комиссии намекнули, как можно решить вопрос с поступлением, но юноша заявил, что отслужит и придет снова.
1 декабря ему исполнилось 18 лет, а уже седьмого его провожали в армию. Накануне Андрей поехал на хутор Овсеенков, навестил всех своих родных, с каждым поговорил, принес бабушкам воды. Таким веселым и заботливым его и запомнили. Из армии письма матери писал дважды в неделю. Сейчас перевязанные атласной лентой они хранятся в шкафу.
На кладбище Нина Николаевна уже не могла плакать. Она все смотрела на небольшое окошко в гробу. Сыночек как будто спал. Совсем юный, но с седыми волосами. Рядом с ней был преданный друг ее сына – овчарка Жук. Собака звала своего хозяина, лизала окошко и не могла понять, что с ним не так. Нина вспомнила, как однажды вечером Андрей принес домой щенка европей-ской овчарки. Он был сов-сем маленький, скулил, звал маму. Андрей уложил щен- ка спать с собой, но тот все не засыпал. Несколько дней промучился с ним Андрей, но после надежней и преданней друга не мог найти. Жук прожил 15 лет, и всегда ходил с Ниной навещать своего хозяина. Не оставила ее с бедой и Ольга, невеста Андрея, долго не выходила замуж. В конце концов Нина Николаевна убедила ее, что жизнь продолжается и надо жить дальше.
Несколько лет назад Нина Качуро встретила вдовца с ребенком. Она постаралась заменить его 13-летнему сыну мать. Сейчас Вячеслав совсем взрослый, окончил вуз, магистратуру, живет и работает в столице, но не забывает о тех, кто его вырастил, часто звонит домой. Скучать Нине не дают племянники, радуют своими детьми. Вот и сейчас она отправляется к одному из них, нужно приглядеть за пятилетней внучкой. Ей совсем не в тягость нянчится с внучатыми племянниками, она рада, что есть, кому дарить тепло своего сердца.

Н. Алексеева.