Еще не вечер

---

Развал предприятий в 90-е годы привел к массовому сокращению работников. В особую немилость попали люди предпенсионного и пенсионного возраста – они стали первыми кандидатами «на вылет». Для многих это было настоящей трагедией. Еще относительно ...

Развал предприятий в 90-е годы привел к массовому сокращению работников. В особую немилость попали люди предпенсионного и пенсионного возраста – они стали первыми кандидатами «на вылет». Для многих это было настоящей трагедией. Еще относительно бодрые физически и духовно, с большим опытом работы за плечами, привыкшие за годы советской власти к стабильности в жизни, когда утром на родное предприятие, а вечером – к семейному очагу, они вдруг оказались никому не нужными. Работодатели, вкусившие плод вседозволенности и неограниченной власти — советские законы в те годы переставали действовать — лично решали: кого уволить, а кого оставить.

Помню, как переживала моя мама, у которой большая половина жизни была связана с заводом телефонной аппаратуры, когда тогдашний директор Михаил Чудопал подписал приказ о ее увольнении. А ведь она была опытным экономистом одного из цехов предприятия, отработала здесь почти 40 лет! В конце 50-х годов она по комсомольской путевке восстанавливала после войны площадку радиозавода на проспекте Ленина, ездила в Ригу на учебу на легендарный завод ВЭФ, принимала участие в строительстве нового здания предприятия на берегу Стодольского озера, позже стала здесь работать. Дети выросли, родились внуки. А завершение трудового пути – печально. Несколько месяцев ей не дали доработать, чтобы пенсия стала побольше. И не одну мою маму постигла эта участь. Так руководство завода обошлось с большинством пожилых работников.

В перестроечные и первые постперестроечные годы российские пенсионеры во многих семьях стали в буквальном слове кормильцами. Зачастую молодежь не могла устроиться на работу, вот и жили пенсионеры порой вместе с детьми, а то и внуками на пенсионные выплаты. Всю свою нерастраченную энергию наши родители стали направлять на то, чтобы прокормить семью: вкалывали на даче, излишки несли на рынок, бегали по магазинам в поисках дешевых продуктов, вспомнили былые навыки и начали шить, вязать на продажу носки, сумки, нехитрую одежку. Были и такие, кто, как в омут, бросились в торговлю. И выплыли, почувствовав свободу и уверенность. Многие в солидном возрасте сдали на права, обзавелись машинами и смело их водят. Сегодня надо этому поколению в ноги поклониться за то, что спасало не только своих детей и внуков от голода и нищеты, но и страну.

А если бы весь этот пыл, жар, смекалку и опыт использовали тогда по назначению, может, переходный период Россия прошла быстрее и с меньшими потерями. Это сегодня государство стало понимать, что люди предпенсионного и пенсионного возраста – надежные и проверенные кадры, которые легко дадут фору молодым специалистам, даже с вузовским образованием.

Хотя, какой возраст можно считать «пенсионным»? Смотришь на иных моложавых дам и мужчин, и язык не поворачивается назвать их пенсионерами. Они продолжают трудиться – в школе, на заводах, в сфере финансов, транспорта. Возможно, именно любимая работа, постоянное вращение в трудовом коллективе среди молодежи помогает им не сдаваться годам. Сегодня идет бурное обсуждение пенсионной реформы. Правительство предлагает постепенно повысить пенсионный возраст и значительно увеличить размер пенсии, чтобы, уйдя на заслуженный отдых, человек мог жить достойно, а не считать оставшиеся после оплаты коммунальных платежей деньги.

И эти немногочисленные митинги на улицах городов, брюзжание на скамейках или злые комментарии в Интернете против пенсионной реформы не принесут нам добра. Напротив, мы вернемся к девяностым, когда на пенсии не хватало денег не выплачивались они по несколько месяцев. Кстати сказать, молодежь, у которой заслуженный отдых еще в необозримом будущем, в митингах и пересудах участия не принимает. Она готова работать, чтобы родители, бабушки и дедушки вовремя получали свои пособия, и не скудные, а вполне приличные.

Н. Горохова.